* * *
Что там шумит, что там звенит,
Какая ждет нас несвобода?
Зачем луна бежит в зенит
По костровищу небосвода?
Зачем так страшно далеки,
Прикрыты серою золою,
Поблескивают угольки
В моей ночи перед зарею?
Зачем так душно на душе,
Что завтра утром с нами станет,
Зачем привязанный уже
Тяжелый камень шею тянет?
По костровищу небосвода
Зачем луна бежит в зенит?
Какая ждет нас несвобода,
Что там шумит, что там звенит?
НА СМЕРТЬ А. ФАДЕЕВА
Есть в жизни обычай не новый.
О том, кто навеки почил,
Мы ищем хорошее слово,
А нету такого - молчим.
Корректно отмечено в прессе,
Что, мол, не осилив запой,
В минуту душевной депрессии
Фадеев покончил с собой.
И сам я, о правде радея,
И старый обычай любя,
В стихах этих горьких, Фадеев,
Не стану порочить тебя.
Покойники глухи и немы,
Оставим умерших врагов,
Ты был только частью системы,
Одним из ее рычагов. Ты умер.
А как же отчизна -
Забудет, осудит, простит?
Как приговор соцреализму
Твой выстрел короткий звучит.
И нету ни горя, ни боли,
Лишь всюду твердят об одном,
Что был ренегат-алкоголик
России духовным вождем.
Для нас это, впрочем, не ново,
Не тратьте на мертвых слова.
Пока существует основа,
Покуда система жива!
13.05.1956
* * *
- Смотрел я как будто бы в оба,
Покуда вертелся и жил.
Все злоба, и злоба, и злоба,
Битьё и кручение жил.
- Скажи мне, а кто из них все же
Был лучше, как думаешь ты?
- Не знаю, как пишет Волошин,
И эти, и эти - скоты.
- Но были же люди добрее?
- Об этом молчат словари.
Был Макс, был Василий Андреич,
Еще человека два-три.
* * *
Мы взлелеяны страхами,
Нас баюкала ложь,
Нами поле не вспахано,
Не посеяна рожь.
А уж входим мы наглухо,
Как в обоймы, в лета,
И не чувствуем запахов,
Забываем цвета.
ТЕЛЕФОННЫЙ РАЗГОВОР
ПАСТЕРНАКА СО СТАЛИНЫМ
«Мы друга в беде не бросим,
И ты за него борись.
Вот так!» - говорил Иосиф
«Да, но...» - возразил Борис.
« Живот положить за друга
Прекрасней поступка нет.
А участь живого трупа...»
«Да, но...- возразил поэт, -
Товарищ, скорей, по цеху,
А это не то, что друг».
«Испуг, - отвечал со смехом
Диктатор, - всегда испуг!»
«Да, но... от событий грозных
Тень ляжет на вас со мной.
Нам надо пока не поздно
Про вечность...» - Гудки, отбой.
Диктатор при этом слове
Почувствовал вдруг озноб
И свой увидал в сосновых
Венках и знаменах гроб.
Себя ощутил как камень,
Летящий стремглав. Да, но
Летящий стремглав веками,
Все падающий на дно.
