Давид Гофштейн

            
                      1889-1952

         Мудрость медоточиво сочится из ветхих стихов:

                                                             Коль просторов ты служитель, –
                                                             Близ путей-дорог держись:
                                                             Свой очаг, свою обитель
                                                             Будешь ты менять всю жизнь.
                                                             Служишь времени – не надо
                                                             Торопить награды срок:
                                                             Вдруг, взамен венца, награда –
                                                             Лишь обычнейший венок!..
                                                                              (пер. Н.Леонтьева)

      Д.Гофштейн насыщал строки могучей философией, где экзистенциальность словно пересекалась с ветхозаветной, жесткой правдой, всегда шероховатой…
        …собственной деревянный дом на улице Кривой в Коростышеве; столярничает отец, пока сын учится в хедере, мать возится по хозяйству…
         Густ иудейский колорит.
         Нежные мелодии тонким серебром мерцают в кратких поэтических действах Гофштейна:

                                                      В чердачных окнах зайчики резвятся,
                                                      Осколки солнца тают на глазах,
                                                      Сугробы листьев в парке золотятся, –
                                                      Стою и не могу налюбоваться.
                                                      Стою, как на часах,
                                                      И жду, когда последний лист,
                                                      Послушный силе притяженья,
                                                      Сорвется вниз
                                                      В последнем трепетном движеньи.
                                                                             (пер. Н.Леонтьева)

        Нежны эти… и окна, и зайчики: главное – такая неуемная жажда жизни напитывает стихи, что пьянят они, как терпкое вино.
    Гофштейн слушал лекции по филологии, позднее учился в Петербургском психоневрологическом институте; публиковался с 17 года.
        Жизнь его закручивала водовороты: он едет в Палестину, работает в мэрии Тель-Авива, пишет на иврите и идиш.

                                                      Поток неясной, сумеречной мглы
                                                      Всю комнату безмолвно затопляет,
                                                      Он скрадывает острые углы
                                                      И лишь полоски блеска оставляет.
                                                      Но, в сумрак погруженный, верю я,
                                                      Что в этой полутьме откроется оконце,
                                                      Раздернется тумана кисея
                                                      И яблоком огня зардеет солнце.
                                                                                     (пер. А.Старостина)

        Во многих его стихах есть своеобразный уют, космос комнаты раскрывается нежно, чтобы подсказать нужное слово…
        Гофштейн ловил невыразимое – тонкостью стихов, построенных часто на игре оттенков и полутонов.
      Жизнь оказалась грубой к нему: низвергнув в водоворот репрессий, не тронув, однако, золотящихся созвучий.

        Виталий Бианки

         
                  1894-1959

        Так нежно, радужно сияя онтологией надежды и переливаясь травинками-перьями детства, звучат сказки В.Бианки…
      Они чистые, росистые, нежноголосые, и фантастические ровно в той мере, в которой фантастично само детство, как явление.
        «Мышонок Пик» никогда не повзрослеет, как повзрослели поколения детей, читавших его в детстве: или слушавших в читательском исполнение родителей, на время становящихся детьми.
        А ведь и мышонок может стать назидательным (без пустой дидактики) символом мужества: сколько трудностей преодолеет, прежде, чем обрести подлинный дом!
       …много интересов определяли жизнь В.Бианки – от футбола до политики (он был членом партии эсеров), от орнитологии до радиопередач: и как радовали детей его правдиво-вымышленные «Вести из леса», звучавшие на радио…
      Интересно закольцовывание некоторых сюжетов судьбы: первый рассказ Бианки «Путешествие красноголового воробья» был опубликован в журнале «Воробей»…
        «Как муравьишка домой спешил» - расскажет вам, милые детки, писатель Бианки – со всей серьезностью, и с таким добрым отношением к муравьишке, что и каменные сердца станут теплее.
        Впрочем, у детей не бывает каменных – равно сложно сегодня найти ребенка, проявляющего сильный интерес к чтению: куда там! гаджеты с агрессивными играми, заключенными в них, зовут, манят, жизнь – захват, экспансия…
        Да нет же – жизнь: теплота, дом, любовь…
        В том числе – ко всем обитателям мира: сколько бы их не было, как бы себя не проявляли.
        Простая драматургия «Лиса и мышонка» объясняет взаимоотношения зверей в природе…
        А сколько всего сообщит «Лесная газета», выпускавшаяся Бианки, знавшего лес, как мало кто, любившего его, раскрытый таинственной книгой, и дававшего в форме художественности столько незабываемой информации…
        На книгах В.Бианки не могли вырастать плохие люди…

          Эжен Ионеско

       
                 1909-1994