next

утром проснуться поздним, прекрасным самым,
завтракать кофе, йогуртом, круассаном,
слушать приёмник, воркующий про amore,
да покурить на балконе с видом на море,
книжку читать в саду среди пышной зелени,
долго бродить по улицам, так, без цели, не
вспоминать про сгинувшие любови,
гладить котов, разноглазых, как Дэвид Боуи,
вечером на дискотеке плясать под Би Джиз - не
в этой, мой милый. может, в следующей жизни.
 

                     * * *

время успокоиться и остыть,
стать послушным чадом цивилизации,
позабыть про гордость и ложный стыд,
а от веры в сказочки отказаться,
из двух зол начать выбирать одно,
элегантные шорты сменить на брюки,
в общем, бросить все и залечь на дно.
только не в Брюгге.
 

вселенное

чтобы бороться со скукой, с унынием, с ленью -
всем по карману, не нужно скидок и торга, -
купите уютную собственную вселенную,
ассортимент широкий, совсем недорого.
отзывы покупателей - только счастливые визги,
никакого мошенничества, да ну, перестаньте!
в своей вселенной можно менять даже законы физики,
гравитационную постоянную, например, и другие константы,
можете устроить по своему вкусу всё, что желаете,
жить-поживать в довольстве, не зная горя,
перекроить что угодно, кроме добра и зла - и те
не такие уж абсолютные категории.
можете в органике углерод заменить кремнием или селеном,
можете, что хотите, с одним условием:
так и сидите врозь по своим вселенным,
всё равно водворим обратно, когда вас словим.
 

ода радости

вроде все хорошо, без трагедий, без мата:
то прогулка, то сон, то работа, то пьянка,
только радость твоя подевалась куда-то,
видно, бродит сама по себе, хулиганка.
утро кажется пасмурным, день - неудачным,
нервно куришь в углу, босиком и в пижаме.
дрыхнет радость твоя за окошком чердачным,
а потом на помойке пирует с бомжами.
хоть картошку на ужин свари да сосиски,
можешь кофе попить, заслужив передышку.
радость скоро вернется, прошествует к миске,
мягко ткнувшись велюровым носом в лодыжку.
 

                         * * *

я когда-нибудь стану праздником -
золотистым, зеленым, красненьким,
романтичнее гонок парусных
и блестящее нитей гарусных,
чтобы игры, салюты, танцы и
очень много иллюминации,
и бульвары чтобы с офенями,
с магазинами и кофейнями,
с фонарями, кручами, торбами,
с чудесами, но только добрыми,
чтобы каждый хвастал увиденным.
без меня все будет обыденным,
неуютным, серым и грязненьким...
после смерти я стану праздником.
 

гомеостатическое мироздание

черным по белому нарисуешь образ врага,
пойдешь воевать за молочные реки, кисельные берега,
за хату с краю, за синицу в руке,
за кулика на болоте, за сверчка на шестке,
за себя, за того парня, за родину, твою мать...
нет у тебя врага, не с кем и воевать.

ямбическая сила

быть леммингом, китом или тюленем?
что выгодней, удобней и достойней -
быть жителем, а может, населением?
скотиной племенной, мясной иль дойной?
безропотно на бойни, в душегубки
бежать, задрав штаны, иль топать маршем?
но тот, кто крутит ручку мясорубки,
сам непременно станет нежным фаршем.
подробностей не знаю или срока,
ведь нет в моем отечестве пророка.
 

гендерное

наши мальчики уходят к парусам в тумане белым,
наши мальчики уходят к бригантинам, к каравеллам,
наши мальчики уходят строем, в боевом порядке,
наши мальчики уходят без возврата, без оглядки,
наши мальчики уходят в неизведанные дали,
наши мальчики уходят, чтобы девочки рыдали.
наши девочки воюют с нанимателем сердитым,
наши девочки воюют с непогашенным кредитом,
наши девочки воюют с вечно капающим краном,
наши девочки воюют с расколовшимся экраном.
им бы ласки да тепла чуть, да чего-нибудь смешного...
наши девочки поплачут, а потом воюют снова.
 

молитва

Глаза темны и чистый лоб в тени.
От вечной безнадежности зимы,
От холода, от боли, от сумы,
Молю тебя, спаси и сохрани.
Босые ноги в ранках от стерни.
Не ведаем и сами, что творим.
От пустоты зияющей внутри,
Молю тебя, спаси и сохрани.
Пусть слепы и безжалостны они,
Но слабых, одураченных, заблудших,
Не выбирая лучших или худших,
Своих детей спаси и сохрани.
 

один один

ты мечтаешь о небывалом, о свободе и силе?
их полно, их просто навалом на ветвях Иггдрасиля.
не годится та древесина для баклуш и балясин.
ну, давай-ка, ну, повиси на. это дерево - ясень.
в кроне нет ни вешек, ни меток. распрямившись, как кобра,
хоть одна из ближайших веток да вонзится под ребра.
то ли хаос, то ли порядок, жар и вкус хинных корок -
подремли, сон разума сладок.
мед поэзии горек.
                                                       © В.Качур