СТРАНИЦЫ СВЯТОЧНЫХ РАССКАЗОВ
Удивительный,
ни на чей не похожий язык Ивана Шмелёва: праздничный и вкусный,
сочный и нежный, вбирающий столько подробностей, что, кажется и
в мире меньше…
И вот - «Рождество» его: простой и
скорбный рассказ: сквозь который, как мелькающая фрагментами
хроника, проходит вся жизнь: ибо обращается писатель к сыну, а
дело происходит во Франции, и ностальгия, окрашенная в полынные,
вполне трагические тона, переливается, оттеняя красивую гармонию
праздника.
…святочные рассказы имеют долгую традицию: и, сколь бы ни богата
была литература русская, вспоминаются волшебные шары
повествований Диккенса: самые разные, с мелькающими страшными
тенями, с «Рождественской песнью», в которой утверждается, что
исправить можно многое, и история преображения души старого
скряги Скруджа -
тому примером; и был, был - феномен
русского Диккенса: домашнего, прочитанного вдоль и поперек
поколениями: черпавшими из него счастье и радость, учившимися
состраданию…
«Чудесный
доктор» А.Куприна раскрывает праздник еще
с одной стороны: он говорит о милосердии, об умягчение сердца, о
том, как человек, у которого масса дел, и семья, и подарки для
ребятишек вдруг буквально пропитывается соком сострадания к
неизвестному, да ещё и не слишком симпатичному человеку.
«Христос
в гостях у мужика» Н.Лескова тему сострадания и милосердия
углубляет, усложняет: здесь герой должен оказать милость не
просто другому человеку, но - своему
кровному врагу; тут христианство раскрывается в том своем
глубинном аспекте, который столь сложно воплотить людям; и
густое своеобычие лесковского медового языка красиво подчеркивает
благородство темы.
А вот - совсем детский взгляд на
Рождество: рассказ В.Никифорова-Волгина «Серебряная метель»
показывает мальчика, так тонко чувствующего атмосферу праздника,
что только тончайшие, легко гнущиеся нити великолепной метели
адекватны сей тонкости.
И горят глаза мальчишки, словно соприкасающегося душою с
чудом…
Святочная литература разнообразна: и Тэффи в рассказе «Сосед»
показывает четырехлетнего
мальчугана-француза, ходящего в гости к «ляруссам», любящим
гостей, всегда их угощающим, варящих ни на что не похожий суп
- пламенеющий красным борщ.
Он
грустный - этот рассказ; но такой светлый,
так колоритно передающий атмосферу праздника…
А вот в рассказе С.Дурылина «Четвертый
волхв» старая няня утверждает, что поклониться Христу шли четыре
волхва, и четвертым был -
русский человек, «хрестьянин», да заблудился в лесу, и дар, что
нес, отняли злые люди.
Поэтичный рассказ, пронизанный токами любви и благочестия…
…яркие, хотя и не слишком-то помнятся многими ныне, страницы
вписаны в глобальную книгу русской литературы святочными искрами
соответствующих рассказов!
©
А.Балтин
НАЧАЛО
ВОЗВРАТ
№12,