Под дождем

      Наблюдаете ли вы небо перед грозой? Оно бывает таким необычным. Вот, и в тот вечер оно было пронзительно желтым, а по краям клубились темные бурые тучи. Уже смыкалось их кольцо. Уже вспыхивали редкие молнии, а вслед за ними раздавался сухой рассыпчатый треск грома. 
      Улицы, сам воздух, дома, деревья - все было окрашено этой потусторонней желтизной и возникало ощущение нереальности, будто бы мы попали в другое измерение или на другую планету, для которой этот цвет является естественной окраской дня.
      Мир словно бы застыл на минуту перед ливнем, который рухнул стеной в следующее же мгновение. По канавам заурчала вода, струи дождя судорожно бились в окна. Редкие прохожие, которых гроза застала врасплох, прятались под старыми деревьями, жались к стенам домов, забегали шумной смеющейся стайкой в ближайшие кафе и магазины.
      Меня же гроза застала посреди пустой притихшей улицы. Прятаться под деревьями не было смысла, я видела, как вода шумно струилась по их истомленным жаждой стволам, сыпалась горошинами сквозь узоры намокших листьев. 
      Я шла к подруге, и до ее дома оставалось с полквартала. Но вот, наконец, показалась знакомая парадная. Я судорожно нажала на кнопку звонка. В окне мелькнуло лицо ее матери, она торопливо крикнула: «Мили нет дома!», - и исчезла в неразборчивой глубине комнаты.
      А я осталась стоять под проливным дождем...


                                                              Лето - пустоцвет


      Лето, это обманутые ожидания. Тоска по вечерам и депрессия по утрам, когда не хочется вылезать из теплой постели... 
      Лежал бы так до вечера...
      Именно летом ты понимаешь, что твое время ушло.
      И ничего не исправить. Ты все упустил!
      Ты хорошо помнишь свою тоску по счастью, которое так и не случилось.
     Еще ребенком, лет двеннадцати, ты стоял у ворот своего двора и наблюдал за парочками, которые, едва начиналась весна, тянулись по аллее, взявшись за руки, в Парк над рекой.
      Тогда было другая мода. У девушек по плечам струились крупные локоны, Они носили платья в горошек, с юбкой солнце-клеш, и рукавами фонарик. И туфли на высоких изящных шпильках.
       Ты наблюдал за чужим счастьем. И немного завидовал им. Думал о том, что все у тебя еще впереди.
      Но когда подрос, помнишь, стоял ночью на крыльце своего дома, задыхаясь от томящего запаха цветущей старой черемухи, которая слепила твои глаза снежной белизной цветов, и знал, что впереди пустое лето, лето - пустоцвет. Знал, что счастья не будет. Оно не для тебя. 
       А тебя ждут белоснежные листы раскрытой тетради, они ждут, когда ты опишешь свою тоску по счастью, которое с тобой никогда не случится, чтобы люди острей ощущали свои чувства и понимали их.
      Ты писатель, ты изгой в этом простом и понятном одному тебе мире.
      И тебя будут бить палками, плевать в лицо. 
      Но ты не согнешься, не сойдешь со своей дороги.
      Это твой единственный путь, единственная твоя дорога. Это твой Крест

 
                                                          Привет, апрель!
 
                                                                         * * *  

      Сегодня утром  выпал снег. Только желтых нарциссов не было на столе
     И они не оттеняли своей нежностью холод снега за окном. В этом году они еще не расцвели. Вот такой выдался апрель! Привет тебе!
     А ведь мы могли сегодня  увидеться...
     Но никто из нас не решился сделать шаг навстречу.
     Прошло четыре года с того вечера. Помнишь?
     Это была случайность, которая не забывается. 
     - Люблю тебя!, - шептал ты и крепче сжимал мою руку.
     Мы  бродили по тропинкам старого парка. Деревья стояли черные голые. Пора  новых листьев  еще не наступила. Но земля оттаяла, и река очистилась ото льда.
     Мне всегда было уютно в этом парке. Особенно с тобой.
 
                                                                          * * *
      Два последних года мы с тобою не виделись. Я сама так решила. А ты и не звонил.
      Только мелькали на экране мониторов  наши посты, комментарии, фотки...
      Что я пережила за это время? Трудно рассказать.
      Вначале была пустота, вакуум. Хотелось плакать, но не было слез. Хотелось что-то сказать, но не было слов. И главное, я понимала, что мои слова никому не нужны, не надо их бросать на ветер. И я молчала.
       Потом ты заболел. Серьезно. Меня чуть инфаркт  не хватил. Я звонила твоей матери.
      Ей, конечно, это не понравилось, и она указала мне, как нашкодившему щенку, свое место.
       Царственная бульдожица - дворовому щенку.

                                                                          * * *
     У тебя теперь  другая машина, другой прикид. Ты больше не носишь спортивные молодежные куртки. Ты  купил кожаное  пальто с меховым подкладом, дорогим меховым воротником. А на твоей пустой башке сидит натуральная меховая шапка. И ты стал похож на крупного торговца с местного рынка, торгующего мясом.
      Ты стал другим.
      Я тоже другая. Сменила прическу, постарела. Перестала писать стихи.
      И, хотя я все  понимаю, но душа все равно тянется к тебе, каким бы ты ни был.
     Это глупо, я знаю. Мы не можем быть вместе, и потому в этом году такая длинная зима, и нет нарциссов.
      Я помню, как они стояли на столе и золотились  на солнце.