Выше

На каменных трезубцах Турчи-Дага струится сок гранатовых рассветов,
Упругий день взбирается по кручам, чтобы спустить с вершины облака.
Как вечность молода, когда в порывах ветра
Бурьяном стелет путь, бесплотна и легка!

Парит орел, страж высоты извечный, кружит скала под куполом полета,
ведет тропа нехоженой печалью, и горы ждут над пастбищем времен.
Как вечность молода, когда в плену дремоты
Роняет лепестки на насыпи имен!

Фиалковые тропы поднебесья тревожат синь обманчивого моря,
Разбиты волны трав о прихоти камней.
Как вечность молода, день с ночью тайно ссоря
И посылая в небо журавлей!

В ладонях гнезда вьют доверчивые чувства,
И ласточки срываются с руки.
Как вечность хороша, как время льется густо,
Храня любовь, забвенью вопреки...

                                   Настиг... Обнимает

Какие красОты? - пожухлые травы, развалин скользящая пыль,
От щедрой природы - небесные своды да преданный ветру ковыль.
Зигзаги тропинок, цикады в обрывах и желтая дрожь тишины,
Спускаюсь с вершины - здесь некого встретить и дни никому не нужны.

Иду - без оглядки. Здесь страхи наивны, надежен кладбищенский мир.
Под шорохом глины дымится безвинно рожок муравьиных квартир.
Кому моя нежность? Любовь к пепелищу? Кто в спину мне смотрит?.. Никто.
Просей свои строки, коль родину ищешь, - что выдаст твое решето?

Фантом или быль? Я не знаю, не знаю…
Землей проросла в ее плоть иль травой?
Помедлю… Вздохну… Обреченно спускаюсь.
Любовь к пепелищу - бессмертный конвой.
Но кто-то настиг... полоснуло... как больно...
скорей оглянуться…
Средь спящих камней
Меня обнимает сиреневой былью
Все тот же толстовский бессмертный репей.
 

                                                                      © М.Шейхова