* * *
Уже начало декабря, а день был солнечным и жарким,
Закат – подарком и заря была мне утренним подарком.
Я знаю: это облака, что вдаль отправились куда-то.
Но ловит взгляд издалека луну, плывущую к закату.

Среди тревог и суеты, в рутину и тоску закован,
Как редко в небо смотришь ты, которым с детства зачарован.
Закаты душу теребят, я с ветром ощущаю братство.
Бог создал небо для себя, а нам позволил любоваться.

                         * * *

Сползает солнце за верхушки сосен,
Густое солнце в собственном соку.
Закат печален и опять приносит
Привычную вечернюю тоску.

Лишь детский смех спасает на закате
И дружеских застолий перебой.
Душа, чей шепот долог и приватен,
Пытается утешиться судьбой.

Ночь накрывает теплую планету,
Загадки звезд рассыпав в облаках.
Уснуть и ждать, упрямо ждать рассвета,
Когда надежда побеждает страх.

                  * * *

Уже негромки облака,
Гром отлучился ненадолго,
Дождь будет снова, а пока
Луны неяркая заколка.

Дожди приходят в декабре,
Скребком тереть бока пустыни,
Чечеткой капель на заре
Дарить иллюзии простые.

Когда за окнами темно,
А дождь зарядит монотонно,
То вспоминается одно
Окно из книги многотомной
Тобою прожитых дождей,
Прошедших лет простая утварь, –
Фонтанка, накипь на воде…

Но снова наступает утро.

Утро после дождя

Бог говорит на языке дождей,
Морзянкой капель стелется по крыше.
С тем, кто его пытается услышать,
Бог говорит на языке людей.

Бог говорит на языке чудес,
Играет гаммы гомона лесного.
Но мало тех, кто понимает "слово",
И толпы "толкователей небес".

Послание небесное лови,
Что этим утром возродилось снова.
Для тех, кто различить умеет слово,
Бог говорит на языке любви.

Закат

"Венец природы, центр мирозданья" –
Наивное и глупое дитя.
Чем дольше век, тем тягостнее знанья,
Тем тяжелее видимый пустяк.

Как просто было, весело и ярко
Вначале, под родительским крылом.
Рассветов бесконечные подарки,
Любовь родных и старый теплый дом.

Да, наше время быстро пролетело,
Но уходя другим передаем:
И строчек незаконченное дело,
И неба бесконечный окоём.

                            * * *
Из несчастных детей вырастают поэты,
А счастливых детей выбирают в друзья.
Можно много увидеть, мотаясь по свету,
Только в детство обратно вернуться нельзя.

Ничего не вернуть, ничего не исправить,
И с начала уже ничего не начать.
Не дает нам покоя настырная память,
Но страницы судьбы закрывает печать.

Каждый новый рассвет порождает надежду,
Но под вечер тоска достает беглеца.
Между прошлым и будущим мечемся, между
Тем, что "было-прошло" и началом конца.

Искушение

В мире, где очень легко потерять надежду,
Где одолели правду и превозносят зло,
Жизнь предлагает решиться и выбрать между
Златом молчания и притяженьем слов.

Быстро завянут цветы и венки почета,
Мысли словами отправлены на убой.
Хочется верить – однажды напишешь что-то,
Что никогда не напишет никто другой.

                   * * *
Горе разлуки – пора потерь,
Страх искорежил нервы.
Боже, не дай пережить детей,
Дай оказаться первым.

Сколько за жизнь ни прочтешь страниц,
Знанье всегда безмерно.
Время застыло во тьме гробниц,
Только любовь бессмертна.

Что же мешает тебе уснуть,
Зритель пустого зала?
Если душа не осилит путь,
Значит, начнет сначала.

Романс

"Тюль на окне и на столе тюльпаны" –
Далекий образ юности моей,
Все говорят, что время лечит раны,
Но эта рана ноет все сильней.

Мы от любви тогда бывали пьяны.
Хотя прошло немало долгих лет,
Напоминает память непрестанно:
"Тюль на окне, тюльпаны на столе".

Уже давно, о чем бы ни мечталось,
Мечты о прошлом с каждым днем сильней.
Судьба, прости, верни мне эту "малость" –
Тюль на окне, тюльпаны на столе.

                                * * *

О прошлом не жалей, привычки нет напрасней,
Ни злата не нажил, ни царского венца.
Но тех, кого любил, я в юности прекрасной,
Останутся со мной до самого конца.

Завидная судьба – любить и быть любимым,
Весенняя листва и дней осенних нить.
Неведомо куда путь держат пилигримы,
А счастье за окном, лишь стоит отворить.

Румянец облаков и лунная дорожка,
И птичья чехарда, и чистая тетрадь.
Как хочется пожить, хотя б еще немножко,
И радость бытия словами записать.

                           * * *
Картинка далеких мальчишеских лет:
Нарядный костюмчик пораньше надет,
В глубоких тарелках застыл холодец,
Душистую елку приносит отец.

И ждет в холодильнике праздничный торт,
И ждет до двенадцати праздничный тост.
Назавтра каникулы – можно поспать,
Салат и конфеты с утра доедать.

Нет старого дома, родителей нет.
Мальчишке, без малого, семьдесят лет…

Но внук новогодний готовит сюрприз,
А грусть – это просто осенний каприз.
И сколько осталось – узнать не дано,
И значит бессмертие нам суждено.

                                   * * *
В телефонную будку зайти и набрать пятизначный номер,
И услышать далекого детства забытый зуммер,
А когда там ответят, позвать к телефону маму,
Телефонную трубку сжимая в руке упрямо.

Чтоб успеть рассказать, что уже подрастают внуки,
Что года пролетели и близок конец разлуки,
Что давно постарел и готов уповать на чудо, –
Полетим в облаках, дожидаясь звонка оттуда.

                                                          © С.Эпштейн

НАЧАЛО                                                                                                                     ВОЗВРАТ  

Предыдущие публикации и об авторе - РГ №11 2024, №12, №6 2023