Странно, конечно, относить Варшаву к заграничной поездке: ведь это был город Российской империи. А между тем нельзя было отрешиться от чувства, что мы всё еще за границей… Впрочем, когда пишущий эти строки ехал в семь вечера в театр, то сзади него, шагах в пятидесяти, раздался выстрел. По картине разбегавшихся во все стороны людей легко было догадаться, что брошена бомба.
          Ага! Значит, мы все-таки дома!
     Отношение к полякам дирекции русских правительственных театров было в то время, если позволено так выразиться, бессмысленное. Управляя тремя громадными труппами польских артистов, русские чиновники носили в душе непримиримую вражду к ним. Они не могли отрицать ни больших талантов среди польских артистов, ни высокой культуры их искусства, но какая-то трусость мешала им открыто признавать это и проявить заслуженную почтительность. Трусость или опасение упреков из Петербурга. Но как можно быть хорошим управляющим, не любя тех, кем управляешь, да еще в области искусства!

                                                                                                          Владимир Немирович-Данченко
                                                                                                          Из Прошлого. Москва. 2003. С.220-221      
НАЧАЛО                                                                                                                                                               ВОЗВРАТ