КУНИЦА И ПЕТУХ
Куница ловкостью лиха
Словила как-то петуха
И под покровом темноты
Поволокла его в кусты.
Чтоб честь и совесть оберечь
Ввиду неправедного дела,
Она продумала умело
Свою винительную речь:
«Негодник! Воплями средь ночи
Ты, тем кто спать до смерти хочет,
Угомониться не даешь,
Орешь, считая что поешь.
Всем досадил... однако врешь!
Тебя в грехах остепениться
Заставит честная куница.»
«Окстись, - петух ей,
- дорогая,
Я им проснуться предлагаю,
Чтоб принимаясь за труды
Они не ведали нужды.
Ведь (это ясно нам обоим):
Нет у селян курантов с боем».
«Но ты, подлец, кровосмеситель,
С родными сестрами сожитель,
Готов топтать родную мать...
Как грех срамной не покарать?»
«Коришь меня ей-ей не честно...
Младенцу каждому известно:
Чем больше мною крытых птиц,
Тем больше в курнице яиц.
Не похоть тут, не бег за модой,
Здесь труд, завещанный природой.»
«Ах, кур, оставь увертки эти
Для глупых дур на грешном свете.
Ты птица - вот твоя вина,
Когда куница голодна".
lГде сила, там закон в дремоте,
Там злыдни, коим нет числа,
Вершат по собственной охоте
Свои злодейские дела.
ЛИСИЦА И ВИНОГРАД
Лиса, забравшись в огород
(Иль в сад) осеннею порю,
Брела себе...от вас не скрою,
Был пуст у кумушки живот.
Под вечер, на излете лета,
Всё ближе тени, всё
длинней...
Как вдруг качнулась перед ней
Гроздь винограда в бликах света.
Омыты красками зари
Тугие ягоды свисали,
Голодный взор ее ласкали,
Как золотые янтари.
Жаль высоко...уж как старалась,
Пласталась, вытянувши хвост,
Когтями в плети упиралась,
Вот вот достанет... но срывалась,
Кляня свой никудышный рост.
От неудачи загрустила...
Как ни крутилась - всё не в прок,
И вот следы усталых ног
Из сада вон оборотила.
"Попытка, право, не порок,
Но кисти эти мне не любы,
Я зря раскатывала губы,
Их брать еще не вышел срок.
Блазнятся медом налитыми,
Ан - не без запаха клопа.
Насколь же я была глупа,
Свои выделывая «Па»,
Томясь надеждами пустыми.
Незрелость оскорбляет взгляд;
Вкус ягод - горечь с кислотою.
Они козла не соблазнят
Своей фальшивой красотою».
Уж коли выдалось случиться,
Что обрести чего невмочь,
Его достоинств не порочь,
Как эта глупая лисица.
ВОЛК И КОБЫЛА
Чтоб подобраться к жеребенку,
Пустился серый на обман:
Кобылу отозвав в сторонку,
Стал врать про ум свой и талан.
Де, он врачует все недуги:
И хромоту, и конский сап,
Что счастлив, в силу волчьих лап,
Любые оказать услуги.
«Вон жеребеночек сбоит
в сторонке, около корыта.
Он на ногах едва стоит,
Видать копыто крепко сбито.
Дай подойти к нему на час.
Не медли. Что тебя смущает?
Поверь, что никому из вас
Болезнь такого не прощает.
И я...» - «Послушай, милый кум,
Не в труд...тебя б я попросила
Взглянуть на круп мой... Что за сила
Его слегка перекосила?
Сама я не возьму на ум.
В копыте трещинка свербит...
Ты б осмотрел меня сначала.
Я столь ученых не встречала...
А жеребенка Бог простит".
Польщен ее словами
очень,
С хвоста заходит волк и вот
Она, со всей лошажьей мочи
Копытом бьет его в живот
И в морду...
любо ли, не любо,
Об этом ведал только он,
Катясь в овраг,
а волчьи зубы
Летели лекарю вдогон.
Иной злодей и смотрит кротко,
И с состраданьем говорит,
Но на него найдется сметка,
Что хитрого перехитрит.
ЛИСА И БАРС
Лиса и барс, наевшись плотно
И развалившись на траве,
Перекликались беззаботно
О тайнах, спящих в рукаве.
Упругой силой налитОй,
Играя мышцами без гнева,
Барс похвалялся красотой,
Как горностаем королева.
Мол, неприметен для врага,
Мол, подкрадусь, не строя куры...
Ах, до чего же дорога
Краса моей пятнистой шкуры.
Лиса в ответ: «Ты испещрен,
Да жаль умишко еле тлеет,
А мой рассудок изощрен
В лукавстве
и талан имеет.
Поверь, изящество ума
Куда ценнее пестрой шкуры...
Тому свидетелями куры
И погреба, и закрома.
Природа нас уберегла
От обладанья всем и разом
И справедливо раздала
Тому красу, другому разум.
ЛИСИЦА И КУРЫ
Пластая хвост по ветру сплетен,
Лисе сорока принесла,
Что хворь в курятники пришла
И разнеслась по птичьим клетям,
И дань с лихвою собрала.
«И впрямь, давненько не былà
там, -
Лиса смекает, - мне пора
Обзавестись своим халатом
И чепчиком, слегка примятым,
Какие носят доктора».
Принарядилась по задумке
И на околицу села,
Туда, где курница была,
Явилась, с крестиком на сумке.
«Привет вам, милые хохлатки, -
Вильнув хвостом, произнесла, -
Как без меня идут дела?
Я к вам по жалобе пришла,
Не разбегайтесь без оглядки».
«Дела отличны, - молвят клуши,
Чечетку клювами дробя, -
Но только там, где нет тебя,
Явившейся по наши души».
Так у людей бывает
тоже:
Они врага распознают,
Как ни хитер он и не крут,
Не по походке, так по роже.