| |
Есть еще время Начни сначала, если ты считаешь, что все, сделанное до этого, не
представляет собой никакого интереса. Секундная стрелка Я пишу, она бежит. Я пишу, она по кругу отбивает такты моей жизни, учитывая каждое мгновение, не прощая ошибок. Ее невозможно остановить, с ней нужно считаться, бежать вместе нога в ногу, вот так – тик так. Остановится она - остановлюсь и я. А впрочем, нет, у меня есть еще время. Допишу эту строчку…. Авось повезет, успею...
Не все так плохо, как, порой, нам кажется. Наше воображение
всегда рисует худший вариант, не сравнивая его ни с какими другими,
а только в сравнении познается истина происходящего. Так будем жить
и радоваться всему тому, что нам дано. Ведь это не так уж плохо,
коль мы по сей день живы и в полном здравии! Да будет жизнь, во всех
ее проявлениях!!!!! Мокрый асфальт. Мокрые серые дома. Водосточные трубы усердно сливают все, что в них накопилось за летний период. Серые лица прохожих. Они отворачиваются от меня, они отворачиваются друг от друга, прячась в свои воротники, шарфы, капюшоны. Дождь норовисто отскакивает от их зонтов, проникая мне за шиворот и тоненьким холодным ручейком стекает по спине. Я не взял сегодня зонта. Понадеялся на компьютер, который уверенно высвечивал солнышко, чуть прихваченное белым облаком, но что-либо похожее на дождь, я там не заметил. Упование на то, что он в конце концов прекратиться таяли на глазах - на город наползала очередная серая туча, показывая своей величиной и цветом, что дождь будет продолжатся. И только распахнутые двери вестибюля метро вселили в меня надежду, что мои мучения скоро прекратятся. Декабрь Декабрь нахлобучился серым мешком. Промозглая сырость. Ни о какой русской зиме и думать не приходится. Машины у тротуаров стоят унылые, грязные, а другие, проезжая мимо, обдают всех с ног до головы холодной жижей. Трудно быть оптимистом в такую погоду, да еще и дни самые короткие - не успеваешь глазом моргнуть, а вот и Новый год, подкатил на своей старой разбитой пятерке.Приемная Первоградки Здесь холодно, люди. Одни стоят в справочное окно, другие сидят, третьи плачут, остальные лежат в каталках, напоминая разделочные туши на мясокомбинате. Снуют врачи, их лица спокойные и абстрагированные от действительности, как будто они вне времени и их вообще здесь нет. «Катальщики» - два сгорбленных субъекта, больше напоминающих сбежавших из психушки, в поношенных залатанных халатах, без определенного возраста. «Диагноз? - Инфаркт. Куда? В БКР.», - и очередное тело двинулось наверх, но пока на 4-й этаж, а потом может и выше. Еще вчера, он мог быть начальником, в нем кипела жизнь, брызгал слюной, увольнял с работы, щупал милую секретаршу, а сегодня - нечто напоминающее желе, проплывающее на каталке мимо меня к открытым дверям лифта. «Четвертый…. Поехали.» В амбразуре окна, красный крест скорой помощи, "застолбил" свое место в приемное отделение. Новый "клиент" прибыл…. Конвеер продолжает действовать.Художник и ноябрь Тщедушный рассвет вяло проникал сквозь запылённое окно. Уткнувшись в занавески, он падал на подоконник. Оттуда, лениво, по батарее отопления сползал на пол, меланхолично заполняя пространство комнаты, скорее не светом, а белым туманом и напоминал собой сильно разбавленное молоко. Всё это говорило о том, что день не задался - опять будет пасмурно. Вероятно, быть дождю. Можно и первого снега ожидать, праздник «Покрова», уже месяц, как прошел. Раньше, в это время, мы лыжню первую прокладывали, а сейчас, еще сухо, да и температура всё больше на плюсе держится. За собой замечаю, что больше спать стал, вставать все труднее.Дел много…. За что браться? Вот в чем вопрос. Так и пролежишь всё утро. А когда встанешь, приведешь себя в порядок, смотришь - полдня, как и не было. Встаю за мольберт, есть желание свою старую работу дописать, тут и дождь по крыше забарабанил. За окном потемнело, писать невозможно. Включишь лампы - цвета не те. Вот и начинаешь ворчать и на себя злиться, время то было, весна, да и целое лето впустую прошли, все себя искал, но то сюжет не тот, то вдохновение ушло. А откуда его взять, вдохновение то, если не работаешь? Оно с неба не свалится. Заставлять себя надо, а там смотришь, потихоньку, пошло, поехало, не заметишь, как картину и написал. А теперь, дождался ноября, а он сер, как мышь, что от него возьмешь, кроме «серости». К пяти часам уже смеркаться начинает. Какая, уж, тут живопись? Всё в одном цвете. Да еще дождик, осенний и ленивый, нудно сеет, подготавливая почву к снегу, а потом и к заморозкам. Снег, тот обязательно на мокрую землю лечь должен. Тогда и зима установится. Не сразу, потихоньку, в три зазимка, как положено ей. Эх, ноябрь, ноябрь, тебя «ночью года» назвать можно. Декабрь, хоть и короче днями, а солнца в нем больше, особенно, когда подморозит. Да и снег кругом белый-белый, и Новый Год уже «на носу», а это куда веселей ноябрьской серости. Сажусь читать. Одна отрада, забраться в свое любимое кожаное кресло, включить торшер, достать очередную книгу о художниках и с головою погрузится в описание нелегкой жизни какого-нибудь живописца. А за окном темнеет, дождь сначала, превращается в крупу, а затем в такой крупный, хотя и мокрый, снег… Он падает на землю. Ну что, зима пришла? Да, нет, пожалуй, первый зазимок, а сколько еще будет. Пока ноябрь и от него всего ожидать можно. © С.Вельяминов |