_________________

Константин Фофанов

1862 - 1911

Поэт-лирик, предшественник

русского символизма

_________________________

...Я увидел, беседуя с редактором, как в комнату вошел призракоподобный худой юноша на тонких, как соломинка, ногах и в огромных волосах, прямых, густых и светлых, похожих на побелевшую соломенную крышу. "Поэт, - отрекомендовался он. - Стихи..."

Писатель И.И.Ясинский

[Его поэзия] представляет собой редкий образчик творчества, почти отрешенного от условий места и времени. Он живет в своем особом мире неясных видений и смутных настроений и отдается песнопению почти бессознательно...

Литературовед С.А Венгеров

Творческое вдохновение, по мысли Фофанова, вырывает художника из власти действительности...

Литературовед М.Клеман

...В моей памяти остался образ глубоко несчастного, приниженного жизнью, надорванного человека, - образ, так странно контрастирующий с впечатлением от его лучших вечно юных, вечно праздничных стихов... только одно в нем хоть сколько-нибудь отвечало ожиданию, давало намек на "поэта" - это глаза: ясные, нежные, застенчивые, в которых было что-то детское и вместе с тем - "нездешнее"... П.Перцов

Я знал всю плеяду современников поэта, талантливых товарищей К.М.Фофанова... Какой несомненный, типичный образ поэта во всей этой компании представлял собой Фофанов! Особенна ярка была в нем черта почти религиозного культа служения поэзии... Я всегда приятно был удивлен тоном его традиционной величавости, когда он переступал порог своего храма. Совершалось преображение... И Фофанова уже нельзя было узнать: он казался - в длинном сюртуке, с высоким воротни- ком и гофрированными манжетами - вдохновенный, недоступный, важный идеей своего поэтического поста...

Художник И.Е.Репин

Скошенные травы

Как много было по весне                             Цветов, пестревших горделиво...                    Одни в румяном полусне                       Благоухали нам стыдливо;

Другие пышные цветы,                                  Гордяся венчиком прекрасным,                  Дышали сладостней мечты,                           Томясь волненьем сладострастным...

Одни любили блеск и зной,                          Других изнежила прохлада;                             Иные жизнь несли с собой,                          Другие смерть и холод яда...

И все струили аромат,                                             И каждый нес из почвы влажной                    Свой нежный запах, свой наряд.                           И долго плыл их вздох протяжный;

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Мы все - цветы родных полей,                   Весною юности капризной                         Любили знойный зов страстей                              И шум, навеянный отчизной...
                                            1891

                      * * *

Чем смертоносней влага в чаше,                        Тем наслаждение полней,                                      И чем страшней бессилье наше,                         Тем жажда жизни тяжелей.

Наш век больной, - в его безверьи                     Мы вопли веры узнаем;                                         И, стоя к новому в преддверьи,                    Влачим, как пытку, день за днем.

Горды надломленные крылья,                               И смел коснеющий язык...                                      И грустно мне, что в дни усилья                       Наш век бессилием велик.
                                        <1896>

                    * * *

Сегодня в ночь весна-колдунья                           На молодое новолунье                                     Снега последние смела,                             Сережки ивы растрепала                                        И окаймлять цветами стала                              Озер сквозные зеркала.

Зажглась румянцами по тучам,                  Прошлась дождем в лесу дремучем                       И бальзамичною смолой                                      По хвоям елок проблеснула,                             Шум ободряющего гула                                     Неся в их сумрак вековой...
                                  Апрель 1896

                     * * *

Как воздух свеж, как липы ярко               Румянцем осени горят!                                        Как далеко в аллеях парка                          Отзвучья вечера дрожат.

Не слышно птиц, не дышит роза,             Врываясь мчатся в мрак дерев                       Свист отдаленный паровоза,                        Удары башенных часов.

Да прозвучит в траве росистой              Кузнечков поздних тяжкий скрип,                   Меж тем как вьется лист огнистый,                   Без шума упадая с лип.

Всё полно смерти предстоящей,                            И в тишине тягучих струй                                    Уж стужа осени дрожащей                    Запечатлела поцелуй...
                               Октябрь 1897

                    * * *

Бежит волной кипучий гребень.                      Поет стремлению хвалу                                         И, разбиваясь о скалу,                                Приносит ил, песок и щебень.

Не так ли юности порыв                              Шумит, бежит, нетерпелив,                              Поет хвалу земной отваге...                                  Но властный опыт разобьет                                Его вольнолюбивый ход,                                    Как жесткий берег - пену влаги...
                                       1898

                     * * *

Прошла любовь, прошла гроза,                            Но грусть живей меня тревожит.                       Еще слеза, одна слеза,                                         Еще - последняя, быть может.

А там - покончен с жизнью счет,                 Забуду всё, чем был когда-то;                                И я направлю свой полет                                 Туда, откуда нет возврата!

Пусть я умру, лишенный сил,                               Не всё кончина уничтожит.                           Узнай, что я тебя любил,                                    Как полюбить никто не может!